Неточные совпадения
И вы, красотки молодые,
Которых позднею порой
Уносят дрожки удалые
По петербургской мостовой,
И вас покинул мой Евгений.
Отступник бурных наслаждений,
Онегин
дома заперся,
Зевая, за перо взялся,
Хотел писать — но труд упорный
Ему был тошен; ничего
Не вышло из пера его,
И не попал он
в цех задорный
Людей, о коих не сужу,
Затем, что к ним принадлежу.
Я до вечера просидел
дома,
запершись в своей комнате. Приходил лакей звать меня к княгине, — я велел сказать, что болен.
Дома, после чаю, после долгого сиденья на веранде, я
заперся в свою комнату и хотел писать; но мне, как и всем, дали ночник из кокосового масла.
Чрез слуховое окно войдя на чердак
дома, он спустился к ней вниз
в жилые комнаты по лесенке с чердака, зная, что дверь, бывшая
в конце лесенки, не всегда по небрежности слуг
запиралась на замок.
Федор Павлович окончил свой чай как можно пораньше и
заперся один
в доме.
Но почему же я не могу предположить, например, хоть такое обстоятельство, что старик Федор Павлович,
запершись дома,
в нетерпеливом истерическом ожидании своей возлюбленной вдруг вздумал бы, от нечего делать, вынуть пакет и его распечатать: „Что, дескать, пакет, еще, пожалуй, и не поверит, а как тридцать-то радужных
в одной пачке ей покажу, небось сильнее подействует, потекут слюнки“, — и вот он разрывает конверт, вынимает деньги, а конверт бросает на пол властной рукой хозяина и уж, конечно, не боясь никакой улики.
Голову Григория обмыли водой с уксусом, и от воды он совсем уже опамятовался и тотчас спросил: «Убит аль нет барин?» Обе женщины и Фома пошли тогда к барину и, войдя
в сад, увидали на этот раз, что не только окно, но и дверь из
дома в сад стояла настежь отпертою, тогда как барин накрепко
запирался сам с вечера каждую ночь вот уже всю неделю и даже Григорию ни под каким видом не позволял стучать к себе.
А он действительно имел обыкновение отпускать слуг на ночь во флигель и
в доме сам
запирался один на всю ночь.
А что он читал там, какие книги,
в это не входили, и бабушка отдала ему ключи от отцовской библиотеки
в старом
доме, куда он
запирался, читая попеременно то Спинозу, то роман Коттен, то св. Августина, а завтра вытащит Вольтера или Парни, даже Боккачио.
От него я добился только — сначала, что кузина твоя — a pousse la chose trop loin… qu’elle a fait un faux pas… а потом — что после визита княгини Олимпиады Измайловны, этой гонительницы женских пороков и поборницы добродетелей, тетки разом слегли,
в окнах опустили шторы, Софья Николаевна сидит у себя
запершись, и все обедают по своим комнатам, и даже не обедают, а только блюда приносятся и уносятся нетронутые, — что трогает их один Николай Васильевич, но ему запрещено выходить из
дома, чтоб как-нибудь не проболтался, что граф Милари и носа не показывает
в дом, а ездит старый доктор Петров, бросивший давно практику и
в молодости лечивший обеих барышень (и бывший их любовником, по словам старой, забытой хроники — прибавлю
в скобках).
Из маленьких ресторанов была интересна на Кузнецком мосту
в подвале
дома Тверского подворья «Венеция». Там
в отдельном зальце с запиравшеюся дверью собирались деды нашей революции. И удобнее места не было:
в одиннадцать часов ресторан
запирался, публика расходилась — и тут-то и начинались дружеские беседы
в этом небольшом с завешенными окнами зале.
Тот же
дом, та же мебель, — вот комната, где,
запершись с Огаревым, мы конспирировали
в двух шагах от Сенатора и моего отца, — да вот и он сам, мой отец, состаревшийся и сгорбившийся, но так же готовый меня журить за то, что поздно воротился домой.
Я видел также, что дед готовит что-то, пугающее бабушку и мать. Он часто
запирался в комнате матери и ныл, взвизгивал там, как неприятная мне деревянная дудка кривобокого пастуха Никанора. Во время одной из таких бесед мать крикнула на весь
дом...
Старик, под рукой, навел кое-какие справки через Ипата и знал, что Привалов не болен, а просто
заперся у себя
в комнате, никого не принимает и сам никуда не идет. Вот уж третья неделя пошла, как он и глаз не кажет
в бахаревский
дом, и Василий Назарыч несколько раз справлялся о нем.
Его неожиданное появление
в малыгинском
доме произвело настоящий переполох, точно вошел разбойник. Встретившая его на дворе стряпка Аграфена только ахнула, выронила из рук горшок и убежала
в кухню. Сама Анфуса Гавриловна
заперлась у себя
в спальне. Принял зятя на террасе сам Харитон Артемьич, бывший, по обыкновению, навеселе.
Устенька Луковникова жила сейчас у отца. Она простилась с гостеприимным
домом Стабровских еще
в прошлом году. Ей очень тяжело было расставаться с этою семьей, но отец быстро старился и скучал без нее. Сцена прощания вышла самая трогательная, а мисс Дудль убежала к себе
в комнату,
заперлась на ключ и ни за что не хотела выйти.
Святая неделя проходит тихо. Наступило полное бездорожье, так что
в светлое воскресенье семья вынуждена выехать из
дома засветло и только с помощью всей барщины успевает попасть
в приходскую церковь к заутрене. А с бездорожьем и гости притихли; соседи
заперлись по
домам и отдыхают; даже женихи приехали из города, рискуя на каждом шагу окунуться
в зажоре.
Вообще усадьба была заброшена, и все показывало, что владельцы наезжали туда лишь на короткое время. Не было ни прислуги, ни дворовых людей, ни птицы, ни скота. С приездом матушки отворялось крыльцо, комнаты кой-как выметались; а как только она садилась
в экипаж,
в обратный путь, крыльцо опять на ее глазах
запиралось на ключ. Случалось даже,
в особенности зимой, что матушка и совсем не заглядывала
в дом, а останавливалась
в конторе, так как вообще была неприхотлива.
Тогда
запирались наглухо двери и окна
дома, и двое суток кряду шла кошмарная, скучная, дикая, с выкриками и слезами, с надругательством над женским телом, русская оргия, устраивались райские ночи, во время которых уродливо кривлялись под музыку нагишом пьяные, кривоногие, волосатые, брюхатые мужчины и женщины с дряблыми, желтыми, обвисшими, жидкими телами, пили и жрали, как свиньи,
в кроватях и на полу, среди душной, проспиртованной атмосферы, загаженной человеческим дыханием и испарениями нечистой кожи.
Недолго, кажется, прогостил Алексей
в дому родительском — суток не минуло, а неприветно что-то стало после отъезда его. Старик Трифон и
в токарню не пошел, хоть была у него срочная работа. Спозаранок завалился
в чулане, и долго слышны были порывистые, тяжкие вздохи его… Фекла Абрамовна
в моленной
заперлась… Параня с сестрой
в огород ушли гряды полоть, и там меж ними ни обычного смеху, ни звонких песен, ни деревенских пересудов… Ровно замерло все
в доме Трифона Лохматого.
«Правда, — продолжал он, — без бабьего духа
в доме пустым что-то пахнет, так у меня сыну двадцать первый пошел, выберу ему хорошую невесту, сдам дела и капитал, а сам
запрусь да Богу молиться зачну.
Моя кузина С.Л.Баратынская, урожденная Боборыкина, с которой у нас оборвалась переписка из-за романа"Жертва вечерняя", тем временем умерла
в чахотке. Ее муж скоропостижно умер
в вагоне, вернувшись из Москвы, и хотя
в их браке не было особенной нежности, но это так на нее подействовало, что она вдруг бросила светскую жизнь,
заперлась дома, стала читать серьезные книжки и нажила скоротечный туберкулез.
Ни Альфонсинки, ни хозяина уже давно не было
дома. Хозяйку я ни о чем не хотел расспрашивать, да и вообще положил прекратить с ними всякие сношения и даже съехать как можно скорей с квартиры; а потому, только что принесли мне кофей, я
заперся опять на крючок. Но вдруг постучали
в мою дверь; к удивлению моему, оказался Тришатов.
Германская революция была во всем разгаре. Старик Райнер оставался
дома и не принимал
в ней, по-видимому, никакого непосредственного участия, но к нему беспрестанно заезжали какие-то новые люди. Он всегда говорил с этими людьми,
запершись в своем кабинете, давал им проводников, лошадей и денег и сам находился
в постоянном волнении.
Широкая густая аллея вела к подъезду
дома от литых чугунных ворот, на чугунных же столбах которых возвышались два огромных фонаря, зажигавшиеся лишь несколько раз
в год,
в высокоторжественные дни; обыкновенно же
в девять часов вечера эти массивные ворота уже
запирались.
— То-то-с, нынче, кажется, это невозможно, — проговорил губернский предводитель, — я вот даже слышал, что у этого именно хлыста Ермолаева
в доме бывали радения, на которые собиралось народу человек по сту; но чтобы происходили там подобные зверства — никто не рассказывает, хотя, конечно, и то надобно сказать, что ворота и ставни
в его большущем
доме, когда к нему набирался народ,
запирались, и что там творилось, никто из православных не мог знать.
А попал туда раз — и
в другой придешь. Дома-то у мужика стены голые, у другого и печка-то к вечеру выстыла, а
в кабак он придет — там и светло, и тепло, и людно, и хозяин ласковый — таково весело косушечками постукивает. Ну, и выходит, что хоть мы и не маленькие, а
в нашем сословии одно что-нибудь: либо
в кабак иди, либо, ежели себя соблюсти хочешь,
запрись дома да и сиди
в четырех стенах, словно чумной.
Лука Назарыч, опомнившись, торопливо зашагал по плотине к господскому
дому, а Терешка провожал его своим сумасшедшим хохотом. На небе показался молодой месяц; со стороны пруда тянуло сыростью. Господский
дом был ярко освещен, как и сарайная, где все окна были открыты настежь. Придя домой, Лука Назарыч отказался от ужина и
заперся в комнате Сидора Карпыча, которую кое-как успели прибрать для него.
Как он кричал, этот Вася, когда фельдшер с Таисьей принялись вправлять вывихнутую руку! Эти крики были слышны
в господском
доме, так что Нюрочка сначала
заперлась в своей комнате, а потом закрыла голову подушкой. Вообще происходило что-то ужасное, чего еще не случалось
в господском
доме. Петр Елисеич тоже помогал производить мучительную операцию, сам бледный как полотно. Безучастным оставался один Сидор Карпыч, который преспокойно расхаживал по конторе и даже что-то мурлыкал себе под нос.
Варвара Петровна
заперлась в своем городском
доме, а Николай Всеволодович, говорили, прямо проехал
в Скворешники, не видавшись с матерью.
Слушайте, мне Шатова отдайте, а там черт дери их всех остальных, даже с Кирилловым, который
заперся теперь
в доме Филиппова, где и Шатов, и таится.
Иван Петрович поспешил удалиться
в деревню и
заперся в своем
доме.
С оника, после многолетней разлуки, проведенной
в двух различных мирах, не понимая ясно ни чужих, ни даже собственных мыслей, цепляясь за слова и возражая одними словами, заспорили они о предметах самых отвлеченных, — и спорили так, как будто дело шло о жизни и смерти обоих: голосили и вопили так, что все люди всполошились
в доме, а бедный Лемм, который с самого приезда Михалевича
заперся у себя
в комнате, почувствовал недоуменье и начал даже чего-то смутно бояться.
Вас мне жаль, жаль мамаши, Леночки; но делать нечего; чувствую я, что мне не житье здесь; я уже со всем простилась, всему
в доме поклонилась
в последний раз; отзывает меня что-то; тошно мне, хочется мне
запереться навек.
Савин ключа от
дома у нее не брал и
в дом не входил, и
в него, по мнению некоторых свидетелей, можно было проникнуть через окна, выходящие
в парк, так как некоторые из них
запирались очень плохо, а одно, подъемное, не
запиралось совсем.
Войдя
в дом, она тотчас ушла
в свою комнату и
заперлась изнутри.
Я чувствовал: бледнею — и вот сейчас все увидят это… Но граммофон во мне проделывал 50 установленных жевательных движений на каждый кусок, я
заперся в себя, как
в древнем непрозрачном
доме — я завалил дверь камнями, я завесил окна…
Всеволожский, оставленный городским войском,
заперся в своем
доме с двенадцатью дворянами и решился защищаться.
Из
дому стал поминутно уходить: «все по делам, говорит, ухожу, адвоката видеть надо»; наконец, сегодня утром
заперся у себя
в кабинете: «мне, говорит, нужную бумагу по тяжебному делу надо писать».
С утра они, по обыкновению, разбрелись; но Полояров остался
дома и все время
запершись сидел
в своей комнате. Вечером же, когда все собрались, он сам, без всякого зова и понуждения, очень спокойно вышел к ним
в залу.
В лице его было гордое и несколько презрительное спокойствие незаслуженно-оскорбленного достоинства. Это лицо как будто говорило: «а все-таки вы-де дурачье, и я стою настолько высоко, что все ваши оскорбления никак до меня не достигнут».
В этот день он только утром часа на два уходил из
дому, а потом все сидел
запершись.
— Да, — задумчиво говорил он, — она замужем и собирается уехать. Ваш племянничек шумел и орал на весь
дом;
заперся, для секрету,
в спальню, а не только лакеи и горничные, — кучера все слышать могли! Он и теперь так и рвет и мечет, со мной чуть не подрался, с отцовским проклятием носится, как медведь с чурбаком; да не
в нем сила. Анна Васильевна убита, но ее гораздо больше сокрушает отъезд дочери, чем ее замужество.
— Да, надо, — проговорил Инсаров и ничего больше не сказал до самого
дома. Он тотчас
заперся в своей комнате, но свеча горела у него далеко за полночь.
Иногда Никон назначал Ревякиной свидание
в доме Матвея Савельева, она приходила, свободно и весело здоровалась с хозяином, потом они
запирались в комнате Палаги, а Кожемякин приготовлял чай и, ожидая, когда они выйдут, чувствовал себя покровителем их и немножко завидовал Никону.
Дверь из комнаты
в контору, где спали почтмейстер и Препотенский, была заперта. Это еще более взбесило энергическую даму, ибо, по уставу
дома, ни одна из его внутренних дверей никогда не должна была
запираться от ее, хозяйкина, контроля, а
в конторе почтмейстерша считала себя такою же хозяйкой, как и
в своей спальне. И вдруг неслыханная дерзость!..
И вот вожделенный момент подвернулся сам собою. Долгое время, с самого приезда Анниньки, Порфирий Владимирыч,
запершись в кабинет, прислушивался к смутному шуму, доносившемуся до него с другого конца
дома; долгое время он отгадывал и недоумевал… И наконец учуял.
Что же касается до помещения, то погорелковский
дом был ветх и сыр, а комната,
в которой
заперлась Арина Петровна, никогда не освежалась и по целым неделям оставалась неубранною.
К ночи началась суета, поднимающаяся
в доме богатой покойницы… Но Евлампий Григорьевич с суеверным страхом
заперся у себя
в кабинете. Он чувствовал еще обиду напутственных слов своей жены. Вот снесут ее на кладбище, и тогда он будет сам себе господин и покажет всему городу, на что он способен и без всяких помочей… Еще несколько дней — и его брошюра готова, прочтут ее и увидят,"каков он есть человек"!
Деды не стало… На горийском кладбище прибавилась еще одна могила… Под кипарисовым крестом, у корней громадной чинары, спала моя деда!
В доме наступила тишина, зловещая и жуткая. Отец
заперся в своей комнате и не выходил оттуда. Дед ускакал
в горы… Я бродила по тенистым аллеям нашего сада, вдыхала аромат пурпуровых бархатистых розанов и думала о моей матери, улетевшей
в небо… Михако пробовал меня развлечь… Он принес откуда-то орленка со сломанным крылом и поминутно обращал на него мое внимание...
Дома,
запершись у себя
в комнате, он сосчитал деньги:
в двух толстых пачках мелких бумажек оказалось по пятисот рублей,
в третьей — восемьсот пятьдесят.